Брем Стокер. Скорбь Сатаны (Ад для Джеффри Темпеста) 5 страница

вся теплота поднялась от миллиона сфер и окрасила его светлое лицо, и весь

блеск огненных планет пылал в его глазах. Прекрасный и верховный стоял он,

этот величественный Архангел, по правую руку Божества, и пред его неутомимым

взором проносились великие творческие великолепия Божеской мысли и мечты.

Вдруг он заметил вдали, между зародышными материями, новый маленький мир и

на нем существо, формирующееся медленно, существо, хотя слабое, но

могущественное, хотя высшее, но легкомысленное, - странный парадокс! -

предназначенное пройти все фазисы жизни, пока, приняв душу Творца, оно не

коснется сознательного Бессмертия - Вечного Торжества. Тогда Люцифер, полный

гнева, повернулся к Властелину Сфер и кинул свой безумный вызов, громко

закричав: "Не хочешь ли Брем Стокер. Скорбь Сатаны (Ад для Джеффри Темпеста) 5 страница Ты из этого ничтожного слабого создания сделать

Ангела, как я? Я протестую и осуждаю Тебя! Если Ты сделаешь человека по

нашему образу, то я скорее уничтожу его совершенно, чем стану делить с ним

великолепие Твоей Мудрости и славу Твоей Любви!" И Голос страшный и

прекрасный ответил ему: "Люцифер, Сын Утра, тебе хорошо известно, что ни

одно праздное и безумное слово не должно быть произнесено при мне, так как

Свободная Воля есть дар Бессмертных; поэтому, что ты говоришь, то ты и

сделаешь! Поди, Гордый Дух, Я лишаю тебя твоего высокого чина! Ты падешь и

твои ангелы вместе с тобой! И не возвратишься, пока человек сам не выкупит

тебя, поднимет тебя ближе Брем Стокер. Скорбь Сатаны (Ад для Джеффри Темпеста) 5 страница к нему! Когда свет оттолкнет тебя, я прощу тебя и

снова приму, но не до тех пор".

- Я никогда не слыхал такого переложения легенды, - сказал я. - Идея,

что человек выкупит дьявола, совершенно нова для меня.

- Не правда ли? - Он пристально посмотрел на меня. - Это один из самых

поэтичных вариантов истории. Бедный Люцифер! Конечно, его наказание вечно, и

расстояние между ним и Небом должно увеличиваться с каждым днем, потому что

человек никогда не поможет ему поправить ошибку. Человек отвергнет скорее и

охотнее Бога, но дьявола никогда. Посудите тогда, как этот "Люцифер, Сын

Утра", Сатана или как иначе он называется должен ненавидеть человечество!

Я улыбнулся.

- Хорошо, но ему Брем Стокер. Скорбь Сатаны (Ад для Джеффри Темпеста) 5 страница оставлено средство, - заметил я, - он не должен никого

искушать.

- Вы забываете, что, согласно с легендой, он связан своим словом. Он

поклялся перед Богом, что совершенно уничтожит человека; поэтому, если



может, он должен исполнить эту клятву. Ангелы, по-видимому, не могут

клясться перед Вечным без того, чтоб не стараться исполнить свои обеты. Люди

клянутся именем Бога ежедневно без малейшего намерения сдержать свои

обещания.

- Но все это бессмыслица! - сказал я и оттенком нетерпения. - Все эти

старые легенды истрепались. Вы рассказываете историю очень хорошо и так, как

если б сами верили в нее: это потому, что вы одарены красноречием. В наше

время некто не верит ни в дьяволов, ни Брем Стокер. Скорбь Сатаны (Ад для Джеффри Темпеста) 5 страница в ангелов. Я, например, даже не верю

в существование души.

- Я знаю, что вы не верите, - проговорил он мягко, - и ваш скептицизм

весьма удобен, потому что он освобождает вас от всякой личной

ответственности. Я завидую вам, так как, к сожалению, я принужден верить в

душу.

- Принуждены! - повторил я. - Это абсурд: некого нельзя принудить

принять ту или другую теорию.

Он взглянул на меня и блуждающей улыбкой, которая скорее омрачила, чем

осветила его лицо.

- Верно! Совершенно верно! Нет принудительной силы во всей вселенной.

Человек - высшее и независимое творение, хозяин всего, что он обозревает, не

признающий другой власти, кроме своего желания. Верно. Я забыл! Но оставим,

прошу вас, теологию Брем Стокер. Скорбь Сатаны (Ад для Джеффри Темпеста) 5 страница и психологию и будем говорить о единственном предмете, в

котором есть и смысл, и интерес, - то есть о деньгах. Я замечаю, что ваши

планы определенны: вы хотите напечатать книгу, которая наделает шуму и даст

вам известность. Это довольно скромно! Нет ли у вас более широких замыслов?

Есть несколько способов, чтоб заставить о себе говорить. Могу я вам их

перечислить?

Я засмеялся.

- Если хотите!

- Хорошо. Во-первых, я посоветую вам поместить о себе в газетах

статейку. Пресса должна знать, что вы чрезвычайно богатый человек.

Существуют агенты, занимающиеся составлением статей; я полагаю, они это

сделают довольно хорошо за десять или двадцать гиней.

Я раскрыл глаза.

- Разве Брем Стокер. Скорбь Сатаны (Ад для Джеффри Темпеста) 5 страница это так делается?

- Как же иначе это может делаться, мой друг? - спросил он несколько

нетерпеливо. - Неужели вы думаете, что что-нибудь делается на свете без

денег? Неужели бедные, работающие свыше сил, журналисты для того, чтоб

обратить на вас внимание публики, не возьмут что-нибудь за труды? Я знаю

одного "литературного агента", весьма почтенного господина, который за сто

гиней заставит прессу так работать, что в несколько недель публике

покажется, что Джеффри Темпест, миллионер - единственная особа, которой

пожать руку есть честь, следующая после встречи с королевской фамилией.

- Залучите его! - сказал я весело. - Заплатите ему д в е с т и гиней.

Тогда весь свет услышит обо мне.

Когда о вас основательно Брем Стокер. Скорбь Сатаны (Ад для Джеффри Темпеста) 5 страница прокричат в газетах, - продолжал Риманец, -

следующим шагом будет вступление в так называемое "чопорное" общество. Это

делается осторожно и постепенно. Вы должны быть представлены на первом

сезоне, а потом я устрою вам приглашение в дома некоторых знатных дам, где

вы встретите за обедом принца Уэльского. Если вы удостоитесь понравиться или

сделать какое-нибудь одолжение его королевскому высочеству - тем лучше для

вас: он популярная королевская особа в Европе. Далее вам необходимо купить

замок и опубликовать этот факт, а затем вы можете спокойно почить на лаврах.

Общество примет вас!

Я от души рассмеялся: его рассуждение забавляло меня.

- Я не предложу вам, - продолжал он, - причинять себе беспокойства Брем Стокер. Скорбь Сатаны (Ад для Джеффри Темпеста) 5 страница,

впутавшись в парламент. Для карьеры джентльмена это не есть необходимость. -

Но я вам сильно рекомендую выиграть Дерби.

- Еще бы! Это восхитительная мысль, но не так легко исполнимая.

- Если вы хотите выиграть Дерби, вы его выиграете. Я гарантирую и

лошадь и жокея!

Что-то в его решительном тоне поразило меня, и я наклонился вперед,

чтоб внимательно рассмотреть его черты.

- Разве вы чудотворец? - шутливо спросил я.

- Испытайте меня! Итак, нужно ли достать вам лошадь?

- Если не поздно и вы этого хотите, - сказал я, - то я даю вам полную

свободу, но я должен откровенно вам сказать, что мало интересуюсь скачками.

- Значит, вы должны Брем Стокер. Скорбь Сатаны (Ад для Джеффри Темпеста) 5 страница переделать ваш вкус, - возразил он, - если хотите

понравиться английской аристократии, потому что она мало чем другим

интересуется. Нет ни одной знатной дамы, не имеющей свою изюминку, хотя бы

ее познания в правописании были далеко не совершенны. Вы можете иметь

наибольший литературный фурор сезона, но в "высшем" обществе это сочтется за

ничто; если же вы выиграете Дерби, вы сделаетесь действительно

знаменитостью. Собственно говоря, я имею много дел с ипподромом, я посвятил

себя ему. Я присутствую при каждой большой скачке, не пропуская ни одной. Я

всегда играю и никогда не проигрываю! А теперь я продолжаю рисовать план

наших общественных действий. Выиграв Дерби, вы примете участие в гонке яхт в

Коусе и позволите принцу Уэльскому Брем Стокер. Скорбь Сатаны (Ад для Джеффри Темпеста) 5 страница чуть-чуть обогнать вас. Затем вы дадите

большой обед, приготовленный великолепным шефом, и позабавите его

королевское высочество песней "Британия господствует", красивым

комплиментом, а в изящно изложенном спиче вы намекнете на эту самую песню;

вероятным результатом всего этого будет одно или два королевских

приглашения. Пока отлично. Во время летней жары вы отправитесь в Гамбург

пить воды, все равно, нужно ли это вам или нет. А осенью вы устроите охоту в

купленном замке и пригласите королевскую особу присоединиться к вам, чтобы

убивать бедных маленьких куропаток. Тогда ваша известность будет признана

обществом, и вы можете жениться на какой угодно прекрасной леди!

- Благодарю! Премного обязан!

И я дал волю Брем Стокер. Скорбь Сатаны (Ад для Джеффри Темпеста) 5 страница искреннему смеху.

- Честное слово, Лючио, ваша программа превосходна! В ней ничего не

упущено!

- Это ортодоксальный круг общественного успеха, - сказал Лючио с

восхитительной серьезностью. - Ум и оригинальность не добьются его, только

деньги совершают все.

- Вы забываете мою книгу, - заметил я, - в ней, я знаю, есть и ум, и

также оригинальность. Я уверен, что она, сверх того, поднимет меня на

значительную высоту.

- Сомневаюсь и очень сомневаюсь, - ответил он. - Она, конечно, будет

принята благосклонно, как произведение богача, забавляющегося литературой

как прихотью. Но, как я говорил вам раньше, гений редко развивается под

влиянием богатства. Аристократы никогда не могут извлечь его из своих

отуманенных голов, и литература принадлежит Grub-Street <Название одной

лондонской улицы Брем Стокер. Скорбь Сатаны (Ад для Джеффри Темпеста) 5 страница, где печатаются и продаются разные дешевые плохие издания и

живут преимущественно бедные писатели.>. Великие поэты, великие философы,

великие романисты всегда неопределенно зовутся "высшим" обществом как "этот

сорт людей". "Этот сорт людей так интересен", - говорят снисходительно олухи

синей крови, как бы извиняясь за знакомство с некоторыми членами

литературного класса. Вообразите себе чопорную леди Елизаветинского времени,

спрашивающую подругу: "Ты разрешишь, дорогая, представить тебе одного

мистера, Вильяма Шекспира? Он пишет драмы и что-то делает в Глоб-театре, я

опасаюсь, он немного играет; он очень нуждается, бедняга, но этот сорт людей

так забавен!" Вы, мой дорогой Темпест, не Шекспир, но ваши миллионы дадут

вам более шансов, чем он имел когда-либо Брем Стокер. Скорбь Сатаны (Ад для Джеффри Темпеста) 5 страница в своей жизни, и так как вам

незачем домогаться покровительства или приседать перед "my Lord" или "my

Lady", - эти величавые особы только обрадуются случаю занимать у вас деньги,

если вы будете давать их.

- Я не буду давать.

- Не будете давать?

Его проницательные глаза блеснули одобрением, и он сказал:

- Я очень рад, что вы решили не "творить добро" вашими деньгами, как

говорят ханжи. Вы умны! Тратьте их на себя, потому что самый акт

растрачивания не может не принести пользы другим различными путями. Я всегда

принимаю участие в благотворительности и вношу свое имя в подписные листы и

никогда не отказываю в помощи духовенству.

- Удивляюсь этому, - заметил я, - особенно Брем Стокер. Скорбь Сатаны (Ад для Джеффри Темпеста) 5 страница, как вы сказали мне, что вы

не христианин.

- Да, это должно казаться странным, не правда ли? - сказал он особенным

тоном, извиняющим скрытую насмешку. - Но, может быть, вы не смотрите на это

в настоящем свете. Многие делают все возможное, чтобы разрушить религию -

ханжеством, лицемерием, чувственностью и различными обманами, - и когда они

ищут моей помощи для такого благородного дела, я даю ее легко.

Я засмеялся.

- Очевидно, вы шутите, - сказал я, бросая окурок сигары в огонь, - и я

вижу, что вы любите осмеивать свои добрые деяния... Что это такое?

В этот момент входил Амиэль, неся мне телеграмму на серебряном подносе.

Я открыл ее: она была от моего Брем Стокер. Скорбь Сатаны (Ад для Джеффри Темпеста) 5 страница приятеля, редактора, и содержала следующее:

"Принимаю книгу с удовольствием. Пришлите рукопись немедленно".

Я показал ее с триумфом Риманцу. Он улыбнулся.

- Само собой разумеется! Что же другое вы ожидали? Только этот человек

должен был иначе написать свою телеграмму, так как я не могу предположить,

чтоб он принял вашу книгу с удовольствием, если б не рассчитывал хорошо на

ней нажиться. "Принимаю деньги за издание книги с удовольствием" - было бы

вернее. Хорошо, что же вы намерены делать?

- А вот это я сейчас увижу, - ответил я, чувствуя удовлетворение, что

наконец-то пришло время для отмщения некоторым моим врагам. - Книга должна

быть в печати как можно скорее Брем Стокер. Скорбь Сатаны (Ад для Джеффри Темпеста) 5 страница, и я с особенным удовольствием лично займусь

всеми относящимися к ней деталями. Что же касается остальных моих планов...

- Предоставьте их мне, - сказал Риманец, властно кладя безукоризненной

формы руку на мое плечо, - предоставьте их мне! И будьте уверены, что без

долгого ожидания вы подниметесь наверх, как медведь, удачно достигнувший

лепешки на вершине смазанной жиром мачты, - зрелище для зависти людей и

удивление для ангелов.

VII

Три или четыре недели пролетели, как вихрь, и к концу их я с трудом

узнавал себя в праздном, беспечном, экстравагантном светском человеке,

которым я неожиданно сделался. Иногда, случайно, в уединенные минуты,

прошедшее возвращалось ко мне, как в калейдоскопе, проносились неприглядные

картины минувшего, и я видел Брем Стокер. Скорбь Сатаны (Ад для Джеффри Темпеста) 5 страница себя голодного, плохо одетого, склонившегося

над бумагами в своей унылой квартире, несчастного, но среди всего своего

несчастия, однако, получавшего отраду в мыслях, которые создавали красоту из

нищеты и любовь из одиночества. Эта творческая способность теперь спала во

мне, я делал очень мало, я думал еще меньше. Но я чувствовал, что эта

интеллектуальная апатия была только преходящей фазой - умственными

каникулами и желанным отдыхом от мозговой работы, на который я заслуженно

имел право после всех страданий бедности и отчаяния. Моя книга печаталась,

и, может быть, самым большим удовольствием, из всех, которыми я теперь

пользовался, была для меня корректура первых листов, по мере того, как они

поступали мне на просмотр.

Между тем Брем Стокер. Скорбь Сатаны (Ад для Джеффри Темпеста) 5 страница, даже это авторское удовлетворение имело свой недостаток, и

мое личное неудовольствие было каким-то странным. Я читал свою работу,

конечно, с наслаждением, так как я не отставал от своих собратьев, думая,

что все, что я делал, было хорошо, но мой снисходительный литературный

эгоизм был смешан с неприятным удивлением и недоверием, потому что моя

работа, написанная с энтузиазмом, обсуждала чувства и твердила о теориях, в

которые я не верил. Как это случилось? - спрашивал я себя. Зачем же я

вызывал публику принять меня по фальшивой оценке?

Эта мысль ставила меня в тупик. Как я мог написать книгу, совершенно не

похожую на меня, каким я теперь знал Брем Стокер. Скорбь Сатаны (Ад для Джеффри Темпеста) 5 страница себя?

Мое перо, сознательно или бессознательно, написало то, что мой рассудок

всецело отвергал, как, например, веру в Бога, веру в предсказанный прогресс

человека. Я не верил ни в ту, ни в другую из этих доктрин. Когда мной

овладевали безумные сны, что я - бедняк, умирающий с голода, не имевший

друга в целом свете, то, вспоминая все это, я поспешно решил, что мое так

называемое "вдохновение" было действием изнуренного мозга. Но, тем не менее,

было нечто утонченное в поучительности истории, и однажды днем, когда я

занимался пересмотром последних корректурных листов, я поймал себя на мысли,

что книга была благороднее, чем ее автор. Эта идея причинила Брем Стокер. Скорбь Сатаны (Ад для Джеффри Темпеста) 5 страница мне внезапную

боль. Я бросил свои бумаги и остановился у окна. Шел сильный дождь, и улицы

были черны от грязи; промокшие пешеходы имели жалкий вид, вся перспектива

казалась печальной, и факт, что я был богатым человеком, не преодолел

уныния, незаметно закравшегося в меня. Я был совершенно один, так как я

теперь имел свой собственный ряд комнат в отеле, недалеко от тех, которые

занимал князь Риманец. Я также имел своего слугу, порядочного человека,

который мне нравился скорее за то, что разделял мое инстинктивное отвращение

к княжескому лакею Амиэлю. Затем я имел своих лошадей и карету, кучера и

грума, так что князь и я, будучи самыми задушевными друзьями на Брем Стокер. Скорбь Сатаны (Ад для Джеффри Темпеста) 5 страница свете,

должны были, избегая той "фамильярности", которая вызывает презрение,

поддерживать каждый свой отдельный "имидж". В этот особенный день я был в

более отвратительном расположении духа, чем в дни моей бедности, хотя, с

рассудительной точки зрения, мне не о чем было горевать. Я обладал громадным

состоянием, я пользовался прекрасным здоровьем и имел все, что хотел,

сознавая, что если бы мои желания увеличились, я легко могу удовлетворить

их. Под руководством Лючио пресса работала с таким хорошим результатом, что

я видел свое имя в каждой лондонской газете, как "знаменитого миллионера". И

для пользы публики, к сожалению, несведущей в этих делах, я могу пояснить,

как неприкрашенную истину, что за четыреста фунтов стерлингов Брем Стокер. Скорбь Сатаны (Ад для Джеффри Темпеста) 5 страница <Факт.

(Прим. Автора).> хорошо известное "агентство" гарантирует помещение все

равно какой, лишь бы не пасквильной, статьи, не менее, как в 400 газетах.

Таким образом, искусство "рекламирования" легко объясняется, и публика в

состоянии понять, почему некоторые имена авторов постоянно встречаются в

печати, тогда как другие, быть может, более достойные, остаются в

неизвестности. Заслуга ставится в этих случаях ни во что, - за деньги

приобретается все.

Настойчивое упоминание моего имени с описанием моей наружности и моих

"удивительных литературных дарований", вместе с почтительными и довольно

явными намеками на "миллионы", которые и делали меня таким интересным

(статья была написана самим Лючио и передана в вышесказанное "агентство" с

придачей кругленькой суммы), - все Брем Стокер. Скорбь Сатаны (Ад для Джеффри Темпеста) 5 страница это, я говорю, доставило мне две напасти:

во-первых, целую гору приглашений на общественные и артистические должности,

а во-вторых - непрерывный поток просительных писем. Я был принужден завести

секретаря, занимавшего комнату недалеко от моего "отделения" и буквально

целый день заваленного работой. Излишне говорить, что я отказывал на все

денежные просьбы: никто не помог мне в моих бедствиях, кроме старого

товарища Босслза; никто, кроме него, не сказал мне даже доброго слова. И я

решил теперь быть таким же жестоким и таким же беспощадным, какими тогда я

нашел своих собратьев. Я со злорадством прочел письма двух-трех литераторов,

просящих занятия, "как секретаря или компаньона", или немного денег

"взаймы", чтоб "перебиться Брем Стокер. Скорбь Сатаны (Ад для Джеффри Темпеста) 5 страница с затруднениями". Один из этих просителей был

журналист в хорошо известной газете, который обещал найти мне работу и

который вместо того, как я потом узнал, сильно отговаривал редактора дать

мне какое-нибудь занятие. Он не воображал, что Темпест - миллионер и Темпест

- наемный писатель были одно и то же лицо - так мало вероятия, чтобы

богатство могло выпасть на долю автора! Я ответил ему сам лично и сказал ему

то, что, я считал, он должен был знать, прибавляя свою саркастическую

благодарность за его дружелюбную помощь в дни моей крайней нужды, - и в этом

я вкушал наслаждение мести. Я никогда больше о нем не слыхал, и я уверен,

что Брем Стокер. Скорбь Сатаны (Ад для Джеффри Темпеста) 5 страница мое письмо дало ему материал не только для удивления, но и для

размышления. Между тем, несмотря на преимущества, какими я теперь

пользовался, я не мог по совести сказать, что я был счастлив. Я знал, что я

был одним из людей, которому больше всего завидовали, а между тем... Когда я

стоял и смотрел в окно на непрерывно идущий дождь, я чувствовал скорее

горечь, чем сладость в полной чаше богатства. Многое, от чего я ожидал

необыкновенного удовлетворения, оказалось бесцветным. Например, я завалил

прессу тщательно изложенными и бросающимися в глаза рекламами о моей книге,

и когда я был беден, я рисовал себе картину буйного веселья, какому я

предался бы в этом случае Брем Стокер. Скорбь Сатаны (Ад для Джеффри Темпеста) 5 страница, но теперь меня даже это почте не занимало; мне

надоело видеть свое собственное имя в газетах. И хотя я с понятным интересом

ожидал издания моего труда, но сегодня и эта мысль потеряла свою

привлекательность из-за нового и неприятного впечатления, что содержание

книги было совершенно противоположно моим истинным мыслям. Улицы сделались

темными от тумана и дождя, и, почувствовав отвращение к погоде и к самому

себе, я отвернулся от окна и уселся в кресло у камина, мешая уголь, пока он

не запылал, и придумывая способ, как бы избавить свой дух от мрака, который

угрожал окутать его таким же густым покровом, как лондонский туман.

Кто-то постучал в дверь Брем Стокер. Скорбь Сатаны (Ад для Джеффри Темпеста) 5 страница, и в ответ на мое несколько раздраженное:

"Войдите!" - Риманец вошел.

- Что это значит: все в темноте, Темпест? - воскликнул он весело. -

Отчего вы не зажжете свет?

- Огня довольно, - ответил я сердито, - во всяком случае довольно,

чтобы думать.

- А, вы думали? - спросил он смеясь. - Не делайте этого. Это дурная

привычка. В наше время никто не думает. Люди не могут выдержать этого, их

головы слишком слабы. Только начать думать - и основы общества рухнут; кроме

того, думать - работа скучная.

- Я согласен с этим, - сказал я мрачно. - Лючио, со мной что-то

неладно!

Его глаза засветились.

- Неладно? Что же может быть неладного с вами, Темпест? Разве вы Брем Стокер. Скорбь Сатаны (Ад для Джеффри Темпеста) 5 страница не

один из самых богатых людей?

Я пропустил насмешку.

- Послушайте, мой друг, - сказал я горячо, - вы знаете, что последние

две недели я был очень занят, корректируя мою книгу для печати.

Он, улыбаясь, кивнул головой.

- Я почти кончил мою работу и пришел к заключению, что книга не "я",

она нисколько не отражает мои чувства, и я не могу понять, каким образом я

написал ее.

- Может быть, вы находите ее пустой? - сочувственно спросил Лючио.

- Нет, - ответил я с оттенком негодования, - я не нахожу ее пустой.

- Скучной тогда?

- Нет, не скучной.

- Мелодраматичной?

- Нет, не мелодраматичной.

- Хорошо, мой друг, если она не пуста, не скучна Брем Стокер. Скорбь Сатаны (Ад для Джеффри Темпеста) 5 страница и не мелодраматична,

какая же она? - воскликнул он весело. - Она должна быть чем-нибудь!

- Да... и вот она что: она выше меня! - Я говорил с некоторой горечью:

- Гораздо выше меня! Я бы не мог написать ее теперь, и я удивляюсь, как

я мог написать ее тогда! Лючио, я говорю глупо, но, право, мне кажется, что

мои мысли парили высоко, когда я писал книгу, на той высоте, с которой я

упал с тех пор.

- Мне жаль это слышать! - Его глаза сверкнули. - Из ваших слов я

заключаю, что вы были виноваты в литературной выспренности. Дурно, весьма

дурно! Ничего не может быть хуже. Выспренно писать - самый тяжкий грех Брем Стокер. Скорбь Сатаны (Ад для Джеффри Темпеста) 5 страница,

которого критики никогда не прощают. Я досадую за вас! Я никогда б не

подумал, что ваше дело было настолько безнадежно.

Я рассмеялся, несмотря на свое уныние.

- Вы неисправимы, Лючио, - сказал я, - но ваше хорошее расположение

духа действует ободряюще. Вот что я хотел объяснить вам: моя книга выражает

мысли, которые, считаясь моими, совсем не мои. Одним словом, я, в моем

теперешнем я, не симпатизирую им. Я, должно быть, сильно изменился с тех

пор, как написал их.

- Изменились? Еще бы! - Лючио расхохотался. - Обладание пятью

миллионами связано со значительной переменой в человеке к лучшему или к

худшему! Но вы, по-видимому, мучаетесь из-за ничего. Ни один Брем Стокер. Скорбь Сатаны (Ад для Джеффри Темпеста) 5 страница автор в

продолжение многих веков не пишет от сердца, или, если он действительно

чувствует то, что пишет, то делается почти бессмертным. Эта планета слишком

ограничена, чтобы иметь больше одного Гомера, одного Платона, одного

Шекспира. Не терзайте себя, вы ведь не один из этих трех! Вы принадлежите

своему веку, Темпест, - декадентскому, эфемерному веку, и многое, что

связано с ним, также декадентское и эфемерное. Эра, в которой господствует

только любовь к деньгам, имеет внутри гнилую сердцевину и должна погибнуть.

Вся история говорит нам об этом, но никто не принимает во внимание урока

истории. Заметьте признаки времени. Искусство подчинено любви к деньгам;

литература, политика и религия - также; вы не можете избежать общей Брем Стокер. Скорбь Сатаны (Ад для Джеффри Темпеста) 5 страница болезни.

Единственно, что остается делать, это извлечь из нее самую большую выгоду;

никто не может излечить ее, наименее всего вы, которому так много выпало на

долю.

Он остановился, я молча следил за пылающим огнем и падающей красной

золой.

- То, что я скажу сейчас, - продолжал он почти меланхолично, -

покажется смешным и устарелым, но в этом лежит прозаическая истина: чтобы

писать с чувством, вы должны сами чувствовать. Очень вероятно, что когда вы

писали свою книгу, вы были вроде человека-ежа в смысле чувства. Каждая из

ваших острых игл поднималась и отвечала на прикосновение различных влияний:

приятного или совершенно противоположного, воображаемого или

действительного. Это такое положение, которому одни Брем Стокер. Скорбь Сатаны (Ад для Джеффри Темпеста) 5 страница завидуют и от которого

другие предпочли бы избавиться. Теперь, когда вам, как ежу, нет

необходимости в самозащите или беспокойстве, ваши иглы успокоились в

приятном бездействии, и вы перестали чувствовать. Вот и все. Перемена, на

которую вы жалуетесь, объясняется так: вам нечего чувствовать, и отсюда вы

не можете понять, как это было, что вы чувствовали.

Его спокойный убедительный тон раздосадовал меня.

- Не считаете ли вы меня за бездушную тварь? - воскликнул я. - Вы

ошибаетесь во мне, Лючио: я чувствую, и чувствую живейшим образом...

- Что вы чувствуете? - спросил он, пронизывая меня взглядом. - В этой

столице сотни несчастных, умирающих от голода мужчин и женщин, помышляющих о

самоубийстве, потому что у них Брем Стокер. Скорбь Сатаны (Ад для Джеффри Темпеста) 5 страница нет надежды на что-нибудь лучшее ни в этом,

ни в будущем свете, и не от кого ждать симпатии... Чувствуете ли вы за них?

Тревожат ли вас их горести? Вы знаете, что нет, вы никогда о них не

думаете... зачем? Одно из главных преимуществ богатства - то, что оно дает

нам способность удалять чужие несчастия от нашего личного внимания.

Я ничего не сказал; в первый раз его правдивые слова рассердили меня,

главным образом, потому, что они были правдивы.

- Увы, Лючио! Если б я только знал тогда, что я знаю теперь!

- Вчера, - продолжал он тем же спокойным тоном, - как раз против этого

отеля Брем Стокер. Скорбь Сатаны (Ад для Джеффри Темпеста) 5 страница переехали ребенка. Это был только бедный ребенок. Заметьте, что

только. Его мать с воплем прибежала из одной бедной улицы и увидела уже его

маленькое тельце все в крови, представляющее бесформенную массу. Она дико

била обеими руками людей, старавшихся отвести ее, и с криком, похожим на

крик раненого дикого зверя, упала мертвая лицом в грязь. Она была только

бедная женщина - другое "только". Об этом в газетах поместили лишь три

строчки под заглавием "Печальный случай". Здешний швейцар смотрел на всю

сцену так же спокойно, как фат на драматическое представление, сохраняя

невозмутимую величавость своей осанки, но не прошло десяти минут после того,

как труп женщины был убран, он, важное, надутое существо Брем Стокер. Скорбь Сатаны (Ад для Джеффри Темпеста) 5 страница, сделался почти

горбатым в своей подобострастной поспешности открыть дверь вашего брума, мой

милый Темпест, когда вы остановились у подъезда. Это - маленькое наблюдение

из жизни в наши дни, а между тем духовенство клянется, что мы все равны

перед Богом. Я не желаю морализировать, я только хотел вам рассказать

"печальный случай", как он произошел, - и я уверен, что вы нисколько не

жалеете ни ребенка, которого переехали, ни его мать, которая внезапно умерла

от разрыва сердца. Не говорите мне, что вы жалеете их, так как я знаю что

нет!

- Как можно жалеть людей, которых не знаешь?.. - начал я.

- Совершенно верно! Возможно ли это? Как можно чувствовать, когда

самому так Брем Стокер. Скорбь Сатаны (Ад для Джеффри Темпеста) 5 страница хорошо и весело живется, чтобы иметь какое-нибудь чувство, кроме

материального довольства? Итак, мой милый Джеффри, вы должны быть довольны

своей книгой, как отражением вашего прошлого, когда вы переживали хрупкий

или чувствительный период. Теперь вы заключены в толстый золотой покров,

который защищает вас от влияний, могущих заставить вас скорбеть и

содрогаться, может быть, кричать от негодования и в припадке неистовых

мучений простирать руки и хватать, совершенно бессознательно, крылатое

существо, называемое славой!

- Вам бы следовало быть оратором, - сказал я, вставая и принимаясь в

раздражении шагать взад и вперед по комнате, - но для меня ваши слова

неутешительны, и я не думаю, чтоб они были правдивы. Слава приобретается

Дата добавления: 2015-08-29; просмотров: 2 | Нарушение авторских Брем Стокер. Скорбь Сатаны (Ад для Джеффри Темпеста) 5 страница прав


documentabotutd.html
documentaboucdl.html
documentaboujnt.html
documentabouqyb.html
documentabouyij.html
Документ Брем Стокер. Скорбь Сатаны (Ад для Джеффри Темпеста) 5 страница